Старицкий краеведческий музей подвел итоги литературного конкурса «Мой Герой — защитник Отечества».
Конкурс был организован для увековечения памяти о боевых и трудовых подвигах наших земляков, в честь защитников Отечества всех поколений. Мы уже опубликовали сочинения победителей, а сегодня представляем вашему вниманию рассказ призера конкурса Катерины Бойковой, ученицы Ново-Ямской школы, посвященный прадеду Василию Степановичу.
- Нет в России семьи такой,
- Где б не памятен был свой герой….
- Е. Агранович.
«Пройдут года, заживут раны, забудутся беды и страдания, нанесённые войной, а память о ней, жестокой и бесчеловечной, будет передаваться из поколения в поколение. И, как маленький клочок из страницы в огромном томе истории великой войны, эти скромные записи будут напоминать мне и детям о том, что я был свидетелем и участником боёв за Родину…»
Эти строки почти 82 года назад написал в простой школьной тетрадке мой прадедушка Василий Степанович БОЙКОВ, человек, который для меня является примером, Героем с большой буквы.
Он ушел на фронт в марте 1942-го, воевал на Калининском, 2-ом Прибалтийском и Ленинградском фронтах; сначала в составе 30-й армии, которая была сформирована в июле 1941 года. Её боевой путь начинался на нашей тверской земле. Эта армия принимала участие в Калининской оборонительной операции и в наступлении, когда советские войска прогнали врага от стен нашей столицы.
Довелось моему прадедушке воевать и подо Ржевом в противотанковом батальоне, где дрессировали собак, которые подрывали танки прикреплённой на спине взрывчаткой. О ржевских боях на уже пожелтевших от времени страницах боевого дневника я с большим трепетом читаю.
«Все замечали, что фрицы в последние дни очень сердились: беглый огонь артиллерии и минометов, внезапно открываемый, часто не давал нам головы высунуть из блиндажа. Но к этому привыкли и даже предугадывали, когда будет очередной огневой налет. А знать это необходимо в целях предосторожности.
Нашему отделению, которое занимает оборону на передовой линии фронта, необходимо каждый день один раз носить продукты. Когда же лучше? Одни говорят, что лучшее время — утро, другие — ночь. Немчура же, как назло, бьет и днем и ночью.
Сегодня мой черед итти с продуктами на передовую. Командир взвода старшина Рыбин настаивает отнести их сейчас, утром. Нельзя возражать — иду.
С небольшого пригорка, как на ладони, хорошо видны огромные белые дома управления Калининской ж-дороги. Но как изуродовали тебя, Ржев! Не красивым, живым и уютным вижу тебя! Изуродованные, продырявленные, вовсе разрушенные здания темнеют в легком утреннем тумане».
Эти строки невозможно читать равнодушно. Мне кажется, что они пропитаны потом солдат, гарью пожаров, порохом взрывов. Сейчас, бывая во Ржеве, я пытаюсь представить себе: как же выглядели эти места тогда, в 1943-м, когда где-то здесь в окопах воевал мой прадед.
Страшно представить, что свой путь отступления немцы отмечали заревом пожаров, что горели не только отдельные дома, но и целые деревни. Было «жутко смотреть, как по чёрным пепелищам, без слёз, но с затаённой злобой бродят люди, извлекая из-под пепла и угля картофель или мало-мальски сохранившуюся домашнюю утварь».
Много книг написано о Великой Отечественной войне, документальных и художественных. Но даже в них отражены далеко не все факты о ней. Вот один из них. Он поразил своим цинизмом и жестокостью даже бывалого солдата, моего прадеда. Он вспоминает, как немецкие специально выделенные команды подбирали убитых на поле боя и увозили в тыл. Чтобы скрыть это от населения, немцы пускались на хитрости. Убитых сажали в санки по 3-4 человека, одному из которых на руки наматывали вожжи. Получалась картинка, что едут вполне здоровые гитлеровцы, а не мертвецы. В деревне их сваливали в один дом, наиболее просторный. Семью выгоняли вон, а потом избу вместе с убитыми поджигали. Сжигали фрицы и тяжелораненых. Так фашисты заметали следы своих преступлений.
Листая далее страницы дневника, с волнением читая о событиях прошлых лет, я понимаю, что люди даже в те страшные, кровавые дни старались жить. Жить, несмотря ни на что, ценить самые простые, а главное, мирные дни, часы, а порой, минуты.
«И вдруг среди глухих охающих стонов нашей артиллерии и стука миномётов, мой слух впервые уловил прекрасную трель жаворонка. Я был изумлён этим не потому, что птичка поёт песнь весне вблизи линии смерти, — нет! Просто не верилось, что так рано прилетели вестники весны… и вот в этот священный храм красоты ворвались какие-то люди и стали уродовать землю и всё то, что она родила, вскормила, вырастила».
Да, много планов нарушила подлая война, многим мечтам не суждено было сбыться. Вот и мой прадед в редкие минуты отдыха рассуждает, что «если бы не война, я, наверное, заканчивал бы учебный год. Усиленно готовился к весенним испытаниям. Школа, класс, ребята. Как они памятны испытующие взгляды ребят, их смех, шум, веселье! Как приятно работать с человеком, у которого формируется сознание, его характер, воля, эстетические чувства! Ты видишь, как у тебя на глазах из ребёнка в конце концов вырастает юноша, — культурный, образованный человек…»
Много военных дорог было пройдено прадедом. Воевал он в составе 10 гвардейской армии, участвовал в боях под Ельней, около Великих Лук, освобождал Прибалтику. Победу Василий Степанович встретил в Кёнигсберге.
«Придёт время: пробьёт час желанной победы, и тогда винтовку сменим на орудие мирного труда. А пока — борьба, жестокая, беспощадная. Гордо перенести все лишения и тяготы боевой жизни, — вот мой девиз», — писал бывший корреспондент Луковниковской районной газеты «Ленинский путь» Василий Бойков (до войны прадедушка был учителем, потом корреспондентом, после войны вернулся к педагогической деятельности) буквально с поля боя, чтобы мы, его потомки, знали правду о священной для жителей нашей страны Великой Отечественной войне, никогда её не забывали и не предавали.
Катерина БОЙКОВА, 10 класс Ново-Ямской школы.
