Во все времена семьи старались поселиться поближе друг к другу. Не вместе, но рядом. Так и получилось у купцов Крашенинниковых, что построились на Семеновской улице по пути к роднику на Старчонке. Теперь о них постепенно забывают, называя эти строения «военкоматом», «управлением сельского хозяйства», «ГАИ», земельным отделом — мало ли каких вывесок можно разместить на добротных зданиях.
А нам забывать имена первых хозяев никак нельзя.Начнем с дома № 48. Прекрасный двухэтажный каменный особняк. Памятник архитектуры конца XIX века. Ныне Музей фарфора.
Первоначальные владельцы — купцы Василий Тимофеевич Крашенинников и Михаил Гаврилович Чирьев. Василий Тимофеевич передал дом сыну Николаю Васильевичу, продолжившему семейное дело. Молочная, хлебо-бакалейная торговля с продажей муки, крупы, чая, табака — его основная деятельность. Другому сыну — Тимофею Васильевичу — достался угловой дом (ныне дом №54).
В этом здании, по рассказам Антонины Ниловой, в 1953 году на втором этаже была завивочная. «Толстая Маша» разогревала бигуди на примусе. А внизу был магазин, где продавали хлеб.
В разное время здесь размещались магазины, интернат, ресторан, гостиница «Колос».В эту гостиницу, как вспоминает Александр Мурычев, в августе 1961 года приезжал на ЗИМе адмирал Филипп Октябрьский. Он посетил малую родину — деревню Лукшино, на могиле матери в Старице установил новую надгробную плиту. Заведующей гостиницей была Сенина. Ребятишки надрали в огородах цветов и пришли посмотреть на машину и настоящего героя. Он оказался очень приветливым, поговорил с ребятней и даже дал потрогать Звезду Героя.
Последними арендовали здание военные, там располагался военный комиссариат.
Следующий — дом № 50. В реестре значится как дом Крашенинниковых. Это памятник культурного наследия конца XIX века. Хотя особой красотой не отличается. Деревянный, одноэтажный, красно-коричневого цвета, окна с наличниками. А по сведениям за 1894 год — дом мещанки Федосьи Семеновны Филипповой. Сзади большой кирпичный новострой.
В послевоенное время в доме жила семья Старцевых. Тетя Маруся работала продавцом, её муж в строительно-дорожной организации.
В советское время там жила моя одноклассница Наташа Некрасова по кличке Муська (у нас у всех клички были в то время, теперь их называют позывные) с матерью. Екатерина Федоровна работала у нас в больнице в организационно-методическом кабинете. Прошла войну. Равных ей по сдаче годовых отчетов я никогда не встречал. Цифры и формы она знала назубок, поражая придирчивых принимающих. После них в квартиру въехали Ножниковы.
Скромно выглядит дом № 52. Деревянный одноэтажный, фиолетового цвета с верандой. В 1894 году он принадлежал вдове священника села Покровское Зубцовского уезда Ольге Григорьевне Знаменской.
После войны жила там семья Спасских — тетя Маня с дочерями Ритой и Валей. Рита стала учительницей и уехала из дома. Валя осталась в Старице, работала на швейной фабрике.
Раньше (в советское время) дом был на два хозяина. Жили Борисовы и Храмцовы.
Совсем по-другому выглядит дом № 54 — большой угловой. Почему не памятник архитектуры или культурного наследия?! В 1894 году им владел мещанин Александр Гаврилович Вершинский. Перед революцией дом перекупил Тимофей Васильевич Крашенинников (родился в 1862 году), который занимался скупкой льна. Репрессирован в 30-е годы. Дата смерти не известна. После революции дом передали СМУК (что за организация, не знаю).
У Тимофея Васильевича с женой Татьяной Михайловной (в девичестве Стишовой) было пятеро детей: Василий (1887), Сергей (1893), Екатерина (1903), Мария (1907) и Николай (год рождения неизвестен). Все дети Тимофея Васильевича перенесли серьезные испытания как купеческие наследники. Одного из них, Сергея Тимофеевича, деда Галины Владиславовны Крашенинниковой (Русиной), держали в ГУЛАГе почти десять лет. Пострадала даже его жена Прасковья Николаевна — учительница в детском доме (ныне педагогическом училище), которую по ложному доносу выгнали с работы. Ей пришлось ехать в Москву к Надежде Константиновне Крупской — она дала серую бумагу о восстановлении в учительской профессии, долго потом хранившуюся в семейном архиве.
Не сладкой оказалась и жизнь отца Галины Владиславовны — Владислава Сергеевича. С детских лет познал тяжелый труд — шил обувь, работал в огороде, шоферил.
В разное время в здании размещались магазины, военкомат. Во дворе стояла 40-миллиметровая пушка, ребятишки любили крутить рычаги на ней. В этом же доме жил военком Ворожейкин. Потом там обосновались управление сельского хозяйства и различные ведомства.
На самом углу стоит дом № 56. Старичане знают его как заготконтору. Это новодел, построенный в советское время. На этом месте до революции стоял другой деревянный дом, принадлежащий мещанке Дарье Федоровне Скорлотовой. Дом был добротный, двухэтажный. Об этом говорит тот факт, что когда искали место для городской больницы в феврале 1876 года, то его рассматривали как один из вариантов на размещение лечебного учреждения (кроме него на примете были дома мещанина Нила Ивановича Цыбина в Солдатской улице на углу, мещанина Ивана Яковлевича Епанечникова в Псаревской улице на углу и чиновника Антона Максимовича Шевелева на Московской стороне Большой улицы). Напомню, что в Старице с 1859 года существовали две больницы на одной территории — частная Тутолминская (с 1810 года) и городская. А по рекомендациям Тверской врачебной управы в каждом городе должна быть своя городская больница. Но средств на постройку новой и отдельной у города никак не находилось. Да и имеющиеся дома не подходили по многим параметрам. Тогда городской голова Веревкин издал «мудрое» решение — он присоединил городскую больницу к Тутолминской 5 ноября 1876 года, которая с 1810 года и поныне считается основной.
После национализации в доме жила Ларикова с сыном. Здание сгорело в войну. После войны его выстроили заново и отдали под заготконтору. Из рассказа Татьяны Волковой, которая пришла на работу в 1974 году бухгалтером после окончания кооперативного техникума, узнал многое. Директором загоконторы был Александр Михайлович Давыдов. Заготавливали кожсырье, пушнину, мед, овощи, фрукты, грибы, кору деревьев… Мясо сдавали в Тверь, забой скот а производили на Луне. Кожи обделывали и продавали в Зубцов, Осташков, Вышний Волочек, Москву и Подмосковье. Принимали картошку у населения, сортировали её, отправляли вагонами в разные советские города и даже на Кубу — в ящиках, которые колотили на заднем дворе (признаюсь, что в школьные годы и я принимал в этом участие) и на станции. Собирали лекарственные растения и ягоды — их сдавали в неподалеку расположенный магазин на улице Иванцова, получая заветные импортные товары.
В разное время в заготконторе работали Валентна Самуленкова, Александра Тарарина, Любовь Киндеева, Валентина Преображенская, Валентина Булычева, Галина Плотникова, Вероника Митрохина, Владимир Ткачев, Татьяна Волкова и многие другие. Организация была самостоятельной до 1999 года, со своим балансом.
Жил там Джим (Володя Кузнецов) в одной половине дома, с другой стороны была контора. Потом её присоединили к РАЙПО как отдел заготовок (рябина, кожсырье, яблоки, картошка).
За домом видны добротные каменные сараи. Были построены еще во времена купцов Лисициных (их каменный двухэтажный дом располагался рядом), затем они использовались для нужд воинской части — там хранили овощи и фрукты, в больших чанах квасили капусту.
Я долго думал, как сохранить в народе имя многочисленной семьи Крашенинниковых. Ведь представители их рода занимались не только торговлей, но и благотворительностью, развивали судоходство в Старице. Пускай хоть это место будет называться «Крашенинников угол». Они этого заслужили. Возможно, что название этой части улицы когда-нибудь приживется.
Виктор ХОТУЛЁВ.
