Верю, что многие читатели помнят вечернюю школу на улице Карла Маркса. Видели, как ее взрослые ученики после работы спешили с книжками в руках для получения заветного аттестата о среднем образовании. Возможно, что даже сами учились в этом самом светлом здании на улице автора «Капитала».
А позже многие годы окна этого дома лишь пугали прохожих темными глазами-прямоугольниками на скромном серо-кирпичном фоне. Втайне у людей оставалась надежда, что приметное здание оживет и подарит новый яркий свет.
По факту это два дома — 41 и 41а, оба — памятники архитектуры; дом 41 — дом Рукосуева — начала XIX века; дом 41 а (та самая вечерняя школа), принадлежавший некогда купцу Лисицыну — конца XIX века. Но старичане, жившие позднее, воспринимали вечернюю школу как один дом.
Дом неоднократно менял хозяев. В 1894 году хозяевами значились кузнец Иван Семенович Рукосуев, купеческая жена Дарья Максимовна Рукосуева, мещанка Екатерина Андреевна Чернятина. После революции весь дом прикупил Евгений Иванович Рукосуев. Недолго он оставался единоличным хозяином. В 1918 году новая власть оба здания (вернее, его половинки) национализировала и передала под школу. Маргарита Шабунина (Соловьева) вспоминает, как ходила в эту школу с первого по четвертый класс.
Преподавателями в школе были Мария Васильевна Семенова — математика, Лидия Дмитриевна Чернятина — биология, Майя Тимофеевна Друзина — география. Антонина Ивановна Смирнова — история. Директор — Петр Алексеевич Соловьев.
Нина Николаевна Белова, работавшая в школе методистом и преподавателем русского языка и литературы с 1981 по 1987 год, вспоминает с теплотой своих коллег. Директором была Валентина Александровна Миняева, завучем — Павел Федорович Филяев. Мария Николаевна Богданова учила русскому и литературе, Валентина Ивановна Жерносекова давала азы математики, а известный ныне краевед Александр Владимирович Шитков делился знаниями по истории. Хорошие были и ученики, понимающие, для чего они пришли после трудового дня в эту школу.
Впоследствии «вечерку» закрыли, так как среднее образование желающие могли получить в обычной общеобразовательной школе или профессионально-технических училищах — СПТУ №4 и ГПТУ №1.
Как говорилось выше, здание состояло из двух половин. В «частной», левой половине в советское время на втором этаже жил мой одноклассник Валера Прокофьев с двумя бабушками. Бабушки — сестры Александровы, их было трое — Вера, Александра и Мария. Валера жил с Верой и Александрой (Губановой). Бабушки были очень воспитанными, культуру передавали и Валере. Он был нетороплив и рассудителен. Каждое утро его кормили яичницей для укрепления здоровья. Ведь остальные ребята в нашем классе в основном начинали свой день с каши — от манной до перловой.
С Валеры Прокофьева начался, пожалуй, мой путь в медицину. По окончании третьего класса в мае мы ходили в пешие походы для изучения природы. В 1962 году пошли на берег Волги под старый маслозавод. Ребята под присмотром учительницы Валентины Ивановны Ковалёвой принялись заниматься кто чем хотел. Девчонки разглядывали цветы, а мальчишкам это было неинтересно. Они забрались на гору, где нашли старые автомобильные шины, и начали их скатывать вниз. На пути этих шин оказался Валера, который стоял на берегу и смотрел на веселящихся мальков рыб. Летящая с горы шина ударила Валеру прямо в руку. От хруста кости и крика самого пострадавшего оцепенела вся округа. Подбежавшая учительница с мраморным лицом закричала: «В больницу его!».
Напомню, что это был 1962 год. Больницу на Коммунистической открыли в 1961 году, а мост через Волгу в 1963 году. Да и скорая еще не ездила к каждому столбу. Вести пострадавшего поручили мне, так как моя мать работала в больнице медсестрой, дорогу туда я уже освоил. Его, замотанного какой-то тряпкой типа косынки, мне одному пришлось вести по берегу Волги, переправляться на катере на другую сторону, не переставая успокаивать раненого. В приемном покое вызвали врача, который наложил Валере бело-серый гипс.
После этого мы оба захотели стать врачами. В 1969 году я поступил в медицинский, а Валера, к сожалению, нет.
Через арку жил Витя Маслов по прозвищу «мотор». Учились вместе в школе.. Мать — почтальон. Отец — конюх. Виктор был отличным футболистом, защитником таранного типа. Неуемной энергии – настоящий мотор. Витина мама каждое утро приходила в наш дом с огромной сумкой писем и газет. Я выбегал ей навстречу, спрашивая, нет ли нам писем. Письма я очень любил, ведь родственников было много, мы им постоянно писали. «Нет, только пишут, — добродушно-сочувственно отвечала она, — пока лишь чернила ищут».
На втором этаже жил Лев Золотарский с другой бабушкой из сестер Александровых — Марией (Золотарской). Работал в СПТУ и ГПТУ физкультурником. Может, он был последним представителем знаменитого рода купцов Золотарских?
Первый этаж сдавался внаем, там жило много семей, о которых мало что известно.
В «государственной», правой половине в разное время располагалась больница (терапевтическое отделение), та самая вечерняя школа (школа рабочей молодежи, очно-заочная школа), столярка. В больнице медсестрой работала Зоя Журкова. Маленький Саша Мурычев вспомнил, как эта медсестра прямо из окна пригласила его на прививку, быстро сделала укол, после чего он снова побежал играть в свой любимый футбол.
По воспоминаниям старожилов, в доме жил вольнопрактикующий врач Казанский, который сам перенес костный туберкулез, был недвижим, но всегда помогал обратившимся. Где располагалась его квартира, сказать точно не могу. Только знаю, что однажды при очередном ремонте дома было обнаружено собрание старинных медицинских книг.
Последнее время вокруг дома появилось движение — завезены строительные материалы, готовится штукатурка стен и остекление. Неужели историческое здание вновь оживет, излучая новый свет? Ведь это так важно не только для памяти первых его хозяев, но и для всех учеников вечерней школы и многочисленных бывших жильцов.
Виктор ХОТУЛЁВ.
